ДЕЛО № А19-16540/2024

Дата подачи искового заявления: 23.07.2024

Дата принятия решения судом первой инстанции: 01.10.2025

Истец: СХАО «Белореченское»

Регион регистрации истца: Иркутская область

Ответчик: САО «РЕСО-Гарантия»

Объект страхования: сельскохозяйственные животные

 

Дата подачи апелляционной жалобы: 31.10.2025

Дата принятия решения судом апелляционной инстанции: 26.12.2025

Заявитель: СХАО «Белореченское»

 

СУТЬ ДЕЛА

14 февраля 2023 года между СХАО «Белореченское» (далее – истец, страховщик) и САО «РЕСО-Гарантия» (далее – ответчик, страхователь) заключен договор страхования сельскохозяйственных животных, осуществляемого с государственной поддержкой (далее – договор страхования).

13.02.2024 СХАО «Белореченское» уведомило САО «РЕСО-Гарантия» о событии, имеющем признаки страхового случая.

Рассмотрев представленные страхователем документы, САО «РЕСО-Гарантия» пришло к выводу об отсутствии обязательства по выплате страхового возмещения в связи с тем, что утрата застрахованного имущества произошла по причине иной, чем наступление страхового случая, предусмотренного договором страхования.

Из представленных страхователем документов следует, что 13.02.2024 Указом Губернатора Иркутской области введен режим функционирования чрезвычайной ситуации для территориальной подсистемы Иркутской области в связи с выявлением очага заразного узелкового дерматита у сельскохозяйственных животных.

Приказом Службы ветеринарии Иркутской области от 12.02.2024 утвержден план мероприятий по ликвидации эпизоотических очагов заразного узелкового дерматита крупного рогатого скота и предотвращению распространения возбудителя на территории Черемховского района Иркутской области.

Согласно выписке из распоряжения Правительства Иркутской области от 15.02.2024 «Об организации и проведении изъятия животных и (или) продукции животного происхождения при ликвидации очагов особо опасной болезни животных и распространения возбудителей заразной болезни животных на территории Иркутской области», службе ветеринарии Иркутской области предписывается:

– создать комиссию по проведению изъятия животных и (или) продукции животного происхождения;

– организовать и провести изъятие животных и (или) продукции животного происхождения в порядке и сроки, установленные законодательством Российской Федерации в области ветеринарии;

– обеспечить в установленном порядке возмещение ущерба, понесенного собственником животных и (или) продукции в результате изъятия животных и (или) продукции животного происхождения.

В соответствии с актами об отчуждении животных и изъятии продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных от 15.02.2024, 17.02.2024, 19.02.2024, 21.02.2024, 22.02.2024, 23.02.2024, а также актом от 12.03.2024 об уничтожении трупов отчужденных животных при ликвидации очагов особо опасных болезней животных, в рамках плана мероприятий, утвержденного ветеринарными службами, в целях предотвращения возникновения и ликвидации очагов особо опасных заболеваний произведено отчуждение животных СХАО «Белореченское», а также последующее уничтожение и утилизация в соответствии с ветеринарно-санитарными правилами.

На запрос САО «РЕСО-Гарантия» письмом от 20.05.2024 Служба ветеринарии Иркутской области сообщила, что возмещение ущерба, понесенного СХАО «Белореченское» в результате изъятия животных и продукции животного происхождения для целей утилизации при ликвидации эпизоотического очага, произведено Службой за счет средств резервного фонда Правительства Иркутской области в сумме 120 526 419 руб.

По мнению истца, несмотря на получение компенсации за изъятых животных, он также имеет право на получение страховой выплаты в рамках договора страхования.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

 

ПОЗИЦИЯ СУДА (первой инстанции)

В удовлетворении исковых требований отказать

Размер исковых требований, руб.: 118 172 963,20

Размер удовлетворенных требований, руб.: 0

Полная утрата (гибель) объектов страхования истца произошла в результате возникновения очага узелкового дерматита крупного рогатого скота в Черемховском районе Иркутской области и последующего изъятия и вынужденного убоя КРС по решению контролирующего органа.

По мнению суда, заявленное событие не является страховым случаем и не влечет обязанности страховщика по выплате страхового возмещения в силу ст. 929 ГК РФ ввиду того, что риск «реквизиция» не страховался, а также освобождение страховщика от выплаты страхового возмещения в результате заявленного события прямо предусмотрено действующим законодательством — ст. 964 ГК РФ.

Частью 2 ст. 964 ГК РФ установлено, что страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения за убытки, возникшие вследствие изъятия, конфискации, реквизиции, ареста или уничтожения застрахованного имущества по распоряжению госорганов, если договором страхования не предусмотрено иное.

Договором страхования между истцом и ответчиком риск реквизиции имущества по распоряжению государственных органов не застрахован.

Учитывая изложенное, в связи с тем, что заявленное событие наступило вследствие причин, прямо предусмотренных действующим законодательством Российской Федерации в качестве оснований для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, обязанность САО «РЕСО-Гарантия» по выплате страхового возмещения не наступила.

Ключевой нормой, подлежащей применению к сложившейся ситуации, по мнению суда, будет ст. 1102 Гражданского кодекса РФ о неосновательном обогащении. Согласно ей, запрещается извлекать имущественную выгоду путем неосновательного обогащения, то есть приобретения или сбережения имущества за счет другого лица без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

Цель любого возмещения (как страхового, так и государственного) — восстановить нарушенное имущественное положение потерпевшего, а не обогатить его. Если владелец изъятого КРС, пущенного на вынужденный убой, получил компенсацию по приказу Минсельхоза № 87, а затем полную страховую выплату, его имущественное положение окажется лучше, чем до наступления страхового случая, что противоречит самой сути возмещения убытков.

Истец получил за счет средств резервного фонда Правительства Иркутской области компенсацию за изъятый КРС в сумме 120 526 419 руб., таким образом, восстановил нарушенное право.

Источник: решение Арбитражного суда Иркутской области

 

ПОЗИЦИЯ СУДА (апелляционной инстанции)

Решение Арбитражного суда Иркутской области оставить без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения

Суд первой инстанции верно установил, что обозначенное в иске событие не является страховым случаем.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о том, что утрата животных произошла в связи с реализацией риска, предусмотренного п. 1 ч. 2 ст. 8 Федерального закона от 25.07.2011 № 260-ФЗ «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства» (далее — Закон № 260-ФЗ), — вынужденный убой животных в очаге заразной болезни, суд первой инстанции установил, что отчуждение произошло в связи с реализацией иного риска — отчуждение (изъятие) животных у истца по решению административного органа.

Кроме того, судом установлено, что ни один из приведенных истцом рисков не был включен сторонами в договор страхования.

Ни одно из событий, предусмотренных договором страхования в качестве страхового риска, не реализовалось, диспозитивная норма, изложенная в п. 2 ст. 964 ГК РФ, предусматривающая освобождение страховщика от выплаты страхового возмещения за убытки, возникшие вследствие реквизиции, в договоре сторонами не была изменена.

Как следует из ответа Службы ветеринарии Иркутской области, истцу была произведена выплата в размере 120 526 419 руб. в связи с изъятием 1 715 животных. Служба ветеринарии Иркутской области в ответ на запрос ответчика представила разъяснение о том, что выплата компенсации была произведена на основании рыночной стоимости отчужденных животных.

Таким образом, суд обоснованно пришел к выводу о восстановлении нарушенного права истца после получения компенсации из резервного фонда Правительства Иркутской области за изъятое поголовья КРС в размере 120 526 419 руб., превышающем возможный размер страховой выплаты по договору страхования — 118 309 772,21 руб.

Доводы апелляционной жалобы о том, что действовавшая на момент заключения договора редакция Закона № 260-ФЗ уже содержала в перечне рисков, которые могли быть застрахованы по договору страхования с государственной поддержкой, риск изъятия, являются несостоятельными, так как данный риск был включен лишь Федеральным законом от 28.12.2024 № 555-ФЗ, вступившим в силу с 01.09.2025: согласно п. 1 ч. 2 ст. 8 Закона № 260-ФЗ оказание государственной поддержки в соответствии с Федеральным законом осуществляется при страховании рисков утраты (гибели) сельскохозяйственных животных в результате воздействия всех, нескольких или одного из следующих событий: 1) заразные болезни животных, включенные в перечень, утвержденный уполномоченным органом, и (или) возникновение на территории страхования сельскохозяйственных животных, определенной в договоре сельскохозяйственного страхования, очага заразной болезни животных, включенной в указанный в настоящем пункте перечень, для ликвидации которого по решению органов и (или) должностных лиц, имеющих на это право в соответствии с ветеринарным законодательством Российской Федерации, производится убой (уничтожение) сельскохозяйственных животных и (или) изъятие сельскохозяйственных животных для целей их уничтожения; массовые отравления.

Таким образом, «изъятие» животных отсутствовало в качестве страхового риска в действующей на момент заключения договора страхования редакции ст. 8 Закона № 260-ФЗ.

Кроме того, риск, который мог быть застрахован по Закону № 260-ФЗ, не был предусмотрен сторонами в договоре страхования.

Рассмотрев ходатайство о назначении судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции отказал в его удовлетворении.

Оценив имеющиеся в деле доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии необходимости проведения экспертизы ввиду наличия достаточных доказательств, имеющихся в материалах дела, для разрешения настоящего спора по существу. Во-первых, это бухгалтерская справка истца от 01.02.2023 о стоимости его животных на молочно-товарной ферме № 1 «Бельск» в размере 121 209 908,91 руб. Именно эта оценка стоимости поголовья была принята сторонами при определении страховой стоимости и страховой суммы при заключении договора страхования; во-вторых, заключение специалиста Иркутской лаборатории досудебной экспертизы от 11.02.2024, в котором по заданию Службы ветеринарии Иркутской области была определена рыночная стоимость изъятых животных в размере 120 526 419 руб.

Указанные обстоятельства были также установлены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела, что свидетельствует о полном, всестороннем и законном судебном акте, вынесенном по результату рассмотрения спора.

Соответственно, истцом в нарушение положений ст. 65 АПК РФ не доказан размер заявленных требований, факт наступления страхового случая.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных ст. 270 АПК РФ, для изменения или отмены обжалуемого судебного акта не имеется.      

Источник: постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда